68 годовщине победы посвящается.“Комбриг из 41”

image В трудное для нашего народа время конца 30-х Кабанову П.А. хватило мужества достойно руководить бригадой, которая строила сдавала
в постоянную эксплуатацию линию Манзовка – Варфоломеевка.
Прежнее командование за невыполнение плана и срыв задания было снято, многие офицеры за саботаж были расстреляны. Павлу Алексеевичу Кабанову, несмотря на весь драматизм ситуации, удалось сплотить
вокруг себя коллектив, сохранить и поддерживать его боеспособность. Несмотря на сложнейший профиль трассы, тайгу и хребты Сихотэ-Алиня, все задачи кабановцы выполнили в срок. По другому и быть не могло, ведь люди ему верили, да и Павлу Алексеевичу на подчиненных везло.

Вот как он об этом говорил сам: «В жизни мне везло на хороших людей, верных помощников. Мы во всем были единомышленниками, дружно одну лямку тянули. Теперь вот думаю – не в том ли был залог успеха всех дел, которые поручались нашей бригаде». И действительно, лишь стоит взглянуть на состав его офицеров и бойцов, награжденных высшими знаками отличия, как многое становится понятным. Начальник политотдела П. Бакарев, начальник штаба В. Петров, командир батальона П. Коршунов – все они вместе с П. Кабановым в ноябре 1943-го года
стали Героями Социалистического Труда. По воспоминаниям видно что в бригаде служили и наши земляки со ст.Манзовка. К сожалению их фамилии выяснить не удалось. К началу войны их бригаду перебросили к самой границе.


Именно они, 22 июня сорок первого приняли на себя мощный удар немецкой машины и сумели удержать его. Батальоны Кабанова вели заграждение на линии Перемышль – Хыров – Самбор – Стрый – Тернополь, а также прикрывали несколько важных приграничных участков.
«Закончив дела в штабе, я вместе с В. Александровым (полковник, начальник тыла бригады) и инженером штаба Г. Поповым вечером отправился на станцию. Здесь нас ждала дрезина. Мы сели в нее и поехали в Стрый навстречу войне...», – так описывал те дни Павел Алексеевич. Немцы рвались на восток. Бронетанковые клещи блицкрига охватывали наши коммуникации. Вражеские парашютные десанты перерезали дороги, захватывали мосты, полустанки и станции. В этом огненном море тревоги и неизвестности непросто было разобраться.
От командиров любого ранга требовались железная воля, невиданное самообладание и конечно, вера в силы своих бойцов. Именно такими качествами, по признанию его однополчан и обладал Павел Алексеевич Кабанов. Пробираясь, где на дрезине, на грузовике, а где и пешком,
он старался быть в гуще событий, организовывал и направлял действия своих батальонов.

Когда на станции Стрый образовалась сплошная железнодорожная пробка, а путь на Львов был перерезан немцами, Кабанов не допустив паники, оперативно разобрался в сложной ситуации, сумел организовать отправку десятков эшелонов с ранеными, эвакуированными, имуществом на Тернополь и в Станислав. Особенно храбро действовали команды подрывников. Кабановцы разработали свою тактику. Специальные отряды подрывников передвигались на летучках, которые обеспечивали минерам большую подвижность. Договорившись с командованием инженерных складов и получив тонны взрывчатки, подрывники Кабанова под руководством военного техника 2-го ранга П. Фролова взорвали большой Сянкинский виадук, тоннель у станции Турка, несколько нефтебаз и складов с лесом, продовольствием, которое уже невозможно было эвакуировать.
Офицер 5-й бригады А. Богомолов, сумел на паровозе от летучки вывезти в наш тыл эшелон с ранеными бойцами. И таких примеров было немало.

О том, что кабановцы действовали исключительно грамотно и удачно, подтверждает и такой факт. Немцы, которые столкнулись с четким и массовым заграждением железнодорожных коммуникаций, разбросали с самолетов листовки с предложением подрывникам железнодорожных войск прекратить свои «варварские» действия. Фрицы обещали переловить и повесить всех наших минеров.
Чем ответили русские хорошо известно – еще более продуманным и масштабным минированием путей и всей инфраструктуры станций.
Бригада отступала с боями, делая все возможное и невозможное для того, чтобы поддерживать эксплуатацию участков и обеспечивать действующие войска всем необходимым. «Особенно жестокими были схватки при обороне станций Тернополь, Гусятин, Фастов, Киев. Фастовский узел солдаты 77-го и 79-го батальонов защищали 11 дней», – вспоминал лето сорок первого Павел Алексеевич. При неимоверном дефиците взрывчатки, а она при отступлении нужна была, как кровь, минеры Кабанова проявляли удивительную смекалку. Обнаружив
на одной из станций состав с авиабомбами, они решили их использовать для заграждения. Так «авиация» помогала рвать тоннели, водокачки и перегоны. Уникальный боевой опыт, а также несомненный командирский талант предопределили судьбу Павла Алексеевича, как крупного военачальника. Уже в январе 1942-го года полковник Кабанов возглавил Железнодорожные войска Воронежского фронта, а к осени сорок второго стал начальником управления военно-восстановительных работ (УВВР-3), в которое входили четыре бригады ЖДВ и другие спецформирования НКПС. В этой должности Павлу Алексеевичу довелось принять участие в организации операций по прикрытию подходов к Сталинграду на линиях Урбах – Астрахань, Поворино – Иловля, Балашов – Камышин – Сталинград и других.
«Никогда не забуду дни и ночи Сталинграда» – сказал в одном из своих интервью седовласый герой-генерал...

Затвитить пост!

Популярность: 72 views
Если Вам интересна эта запись, Вы можете следить за ее обсуждением, подписавшись на RSS 2.0 .

Оставить комментарий или два