Историческая Манзовская хроника

imagesсВ произведении А.И Солженицина «АРХИПЕЛАГ ГУЛАГ», том 2, часть 3, глава 11, описывается эпизод произошедший на ст. Манзовка. Прохоров-Пустовер (инженер,заключенный) описывает сцену на ст. МАНЗОВКЕ (особый лагпункт Бамлага) в начале 1938 г. На удивление всем туземцам привезли какой-то небывалый “особый контингент” и с большой секретностью его отделяли от прочих. Такого поступления еще никто никогда не видел: приехавшие были в кожаных пальто, меховых “москвичках”, в бостоновых и шевиотовых костюмах, модельных ботинках и полуботинках (к 20-летию Октября эта отборная публика уже нашла вкус в одежде, не доступной рабочему люду). От дурной распорядительности или в издёвку им не выдали рабочей одежды, а так и погнали в шевиоте и хроме рыть траншеи в жидкой глине по колено. На стыке тачечного хода один зэк опрокинул тачку с цементом, и цемент вывалился. Подбежал бригадир- урка, материл и в спину толкал виновного: “Руками подбирай, растяпа!” Тот вскричал истерически: “Как вы смеете издеваться? Я бывший прокурор республики!” И крупные слёзы катились по его лицу. “Да на... мне, что ты — прокурор республики, стерва! Мордой тебя в этот цемент, вот и будешь прокурор! Теперь ты — враг народа и обязан вкалывать!”  (Впрочем прораб заступился за прокурора.) Расскажите нам такую сценку с прокурором царского времени в концлагере 1918 года — никто не шевельнётся его пожалеть: признано единодушно, что это были не люди (они и сроки требовали своим подсудимым год, три,пять). А своего, советского, пролетарского прокурора хоть и в бостоновом костюме — как не пожалеть. (Он и сроки требовал — червонец да вышку.) Сказать, что им было больно — это почти ничего не сказать. Им немыслимо тяжело было испытать такой удар, такое крушение — и от своих, от родной партии. Настолько это было болезненно для них, что среди них считалось запретным, нетоварищеским задать вопрос: “за что тебя посадили?” Единственное такое щепетильное арестантское поколение!

image

Из воспоминаний Владимира Леонтьевича Ицковича (1898—1989гг) прошедшего лагеря 1937 года. Побывал он и в нашей Манзовке. «Короче говоря, на 41 день пути нас привезли на ст. МАНЗОВКА, это перед Ворошиловском (бывший Уссурийск). Тут был как бы пересыльный пункт. Зная, что нас будут обрабатывать, я свои десять рублей спрятал в брюках, мало надеясь, что их не найдут. Подошла очередь нашему вагону идти в баню, высадили нас, кругом охрана с собаками и степь, и степь кругом, повели, метров 100 не дошли, видим, стоит хорошая баня, мороз
сильный, к тому же дальневосточный ветер, который я до сих пор не могу забыть. Команда “остановись и раздевайтесь, одежду во вшивобойку”. Я говорю ребятам: “не будем раздеваться, такой мороз, ветер, до бани не менее 100 метров”, на нас пустили собак, чуть не хватают нас, стреляют, конечно повыше головы. Ребята говорят, что будем делать, совсем замерзнем. “Ну давайте раздеваться быстро и бежим”, добежали, баня хорошая, деревянная, но к ней тесовый пристроек, в этом пристрое холод такой же, как на улице,
стоит парикмахер в полушубке, шапке, валенках и производит стрижку и бритье заключенных, о качестве я уже не говорю, но нас совершенно голеньких держали здесь до тех пор пока он всех 41 человек не обработал, представьте, что мы пережили за это время. Наконец, нас как овец запустили в предбанник, где было тепло, баня была очень хорошей, мы бросились в баню, чтоб согреться горячей водой, в бане стояли два деревянных больших чана, в каждом из них было по несколько кранов, были хорошие деревянные ушата, мы расхватали ушата, бросились к одному чану, оказалась холодная вода, бросились к другому — то же самое. Мы стали кричать, на крики явился здоровенный, я бы сказал “бандит” с алягапулем и револьвером “Смит-Вессоном”. “В чем дело, что за крик?” мы отвечаем: “Нет горячей воды”. “Ах вы, “контры”,мало агитировали на воле, еще здесь будете агитацию разводить, мойтесь и выходите, а то я вас выпорю, быстро, еще что захотели” и ушел. Мы, конечно, вышли в предбанник и стали ждать свою одежду, которая оказалась теплой, но даже без носовых платков. Разыскав свою одежду я обнаружил, что деньги сохранились, одевшись, нас повели в бараки, где во дворе стояла походная кухня и раздавали баланду из мороженной свеклы, но мы и этому были рады, столько времен не ели горячей пищи. Поев, тут же около походной кухни стоя, сдали обратно жестяную посуду и побежали по баракам искать места, бараков было несколько все длиннющие летнего типа, через крыши видны звезды. Вышел во двор, огляделся и вижу в самом конце двора стоит избушка и горит свет, а на душе так темно, что не замечая сильного мороза отправился туда, сам не зная зачем. 3ашел, вижу сидит молодой парень заключенный, я разговорился с ним, узнал N п/я, узнал что это Манзовка, и говорю ему: “Есть у меня 10 рублей, я напишу домой телеграмму, укажу адрес, а ты если есть у тебя совесть, подашь ее, а остальные деньги твои”, он дал мне бумагу, ручку и ведь подал парень телеграмму и я одним из первых получил посылку.»

Затвитить пост!

Популярность: 127 views
Если Вам интересна эта запись, Вы можете следить за ее обсуждением, подписавшись на RSS 2.0 .

Оставить комментарий или два